Встану я, не благословясь, пойду, не перекрестясь, из избы не дверями, из двора не воротами, в чистое поле. В том и поле есть Океан-море, в том море есть Алатырь-камень, на том камне стоит столб, от земли до неба огненный, под тем столбом лежит змея жгуча, опалюча. Я той змее поклонюсь и покорюсь:  ой еси ты, змея, не жги, не пали меня, полетай под восточну сторону, в высок терем, в новые покои, на пухову перину, шелкову подушку, к молодцу (имя). Разожги и распали у того молодца белое тело, ретивое сердце, черную печень, горячую кровь, все подцветныя и занокотныя жилы, чтобы он не мог ни жить, ни быть, часу часовать и минуты миновать; поутру вставал – обо мне бы вздыхал, меня величал, ни с кем бы он думы не думал, мысли не мыслил, плоду не плодил, плодовых речей не говорил, ни с отцем, ни с матерею, ни с родом, ни с племенем,кроме меня, рабы Божьей (имя). Все бы он (имя) со мной думу думал, мысли мыслил, плод плодил, плодовые речи говорил на старый и на новый месяц, и на перекрой. 

Будете мои слова недоговорены, переговорены, все сполна говорены. Ключ сим словом в зубы, замок в рот.